Новая тюрьма кресты

В петербурге достроили самое большое сизо в мире — «кресты-2»

Новая тюрьма кресты

В пятницу в Колпино открылись”Кресты-2″, куда переедет следственный изолятор с Арсенальной набережной. Стройку за 12 млрд рублей, выделенных из федерального бюджета, с 2007 года вело ОАО «ГСК».

Новый следственный изолятор придет на смену петербургским «Крестам». Строительство новой тюрьмы началось в 2007 году. Им занимается ОАО «ГСК». Общая цена проекта составляет 12 млрд рублей. Эти затраты планируют покрыть после передачи старого здания «Крестов» в центре Петербурга под офисы.

СИЗО под Петербургом строится с 2007 года. Сейчас на территории 35 га построены все здания (площадь застройки — 32 га) и шестиметровый забор, проложены инженерные сети, проведены отделочные работы.

Изолятор разделен на режимную зону, где будут содержать заключенных, хозяйственно-складскую территорию (автопарк, пожарное депо и склады, убежище гражданской обороны) и административную площадку с корпусом для сотрудников, спортзалом с тиром, столовой и помещением с подстанциями, тепловым пунктом и другими техническими зданиями.

В основных корпусах также будет работать 4 больших зала суда. Часть судебных заседаний в них будет проходить в режиме он-лайн, то есть заключенный будет находиться в зале, а судья — в своем кабинете где-то в Петербурге.

Каждый из двух главных корпусов для заключенных рассчитан на 1792 человека, третий корпус — на 136 мест в одиночных камерах. Общая площадь зданий — 164 тыс. м2.

На каждого заключенного приходится 7 м², это европейский стандарт.

Интересно, что ранее Счетная палата, проводившая проверку на этом объекте, нарушений не выявила, но назвала условия, созданные для заключенных, «чрезмерно комфортными».

Территория СИЗО больше похожа на больницу, чем на тюрьму. Привычных вышек наблюдения по ее периметру нет. Основные режимные корпуса — восьмиэтажные здания из монолитных бетонных блоков. В таких режимных объектах многоэтажная застройка используется в России впервые.

Общая стоимость строительства колпинского СИЗО — 12 млрд рублей. Для сравнения, столько же, 12 млрд рублей, ушло на первую очередь строительства «Невской ратуши», общая стоимость которой — 32 млрд рублей. С 2007 года на строительство изолятора потрачено 7,5 млрд рублей.

Застройщики поясняют, что в кризис, с 2008 по 2010 годы, деньги почти не выделялись. В этот период Смольный ежегодно перечислял на колпинское СИЗО не более 300 млн рублей.

Зато в прошлом году УФСИН перевел около 200 млн рублей, которые не успели освоить подрядчики ведомства в других регионах.

За почти восемь лет строительства проект дорабатывался с появлением новых систем безопасности, но в целом удалось уложиться в заданные изначально 12 млрд рублей. В этом году будет освоено почти 3 млрд рублей, еще 1,5−2 млрд рублей уйдет на завершающий этап в 2015 году.

Для работ ОАО «ГСК» привлекало до 100 субподрядчиков в самые напряженные моменты, а в среднем — около 30 субподрядчиков. Интересно, что среди них не было ни одной зарубежной компании. Как рассказывали в компании-генподрядчике, это было необходимо для безопасности.

Для нее же в режимных корпусах установлены российские стекла класса Б2, которые нельзя разрушить даже 60 ударами топора. Снаружи окон — решетки. В стенах фасада установлены датчики, причем, где именно, неизвестно никому кроме мастеров-установщиков подрядчика, компании «Флагман».

В туалетах — антивандальная сантехника российского производства. На всей территории установлена система безопасности стоимостью около 1 млрд рублей. В каждом помещении и в коридорах находятся камеры. Изображения с них показывают экраны в будках на каждом этаже (на этаже по 16 камер для заключенных).

Также на этажах — системы запирающих устройств: при пожаре открываются несколько камер, и заключенные могут выйти в коридор, который будет заблокирован автоматической решеткой. Ее вручную поднимет охранник и эвакуирует людей.

Заодно датчики фиксируют состояние всех инженерных сетей, и информация о них фиксируется в едином центре. Все коммуникации выведены за стены камер, чтобы их можно было ремонтировать, не входя в помещения.

Необычным способом в изолятор поступает тепло. Изначально трубы планировали «протянуть» к СИЗО из Колпино под железнодорожными путями. Но после запуска «Сапсана» это стало невозможным.

В результате при помощи 400-тонного крана трубы проложили над путями. На территории СИЗО организована и медсанчасть.

Помещения, где содержат подследственных, связаны с ней переходными галереями с траволаторами.

Судьба здания в центре города до сих пор неизвестна. Это федеральная собственность, и его судьбу будет решать губернатор Петербурга и директор УФСИН. Возможно, объект передадут в местное ведение.

Новая территория СИЗО тоже выстроена в форме крестов. Когда строились «Кресты», такую форму выбрали, чтобы солнечный свет попадал в каждую камеру хотя бы раз в сутки. Новый изолятор пока так и называют — «Кресты-2».

Возможно, в будущем он получит какой-то особое название, или просто будет называться «Кресты». Вид из новых камер будет уже не таким живописным, как из изолятора на Арсенальной набережной. Теперь из некоторых окон будет виднеться кладбище.

Неподалеку построят три дома для сотрудников изолятора, чтобы им не приходилось каждый день ехать из города.

С поездкой в изолятор ситуация непростая. Он виден издалека, но добраться туда сложно. Общественный транспорт останавливается в нескольких километрах, прямой дороги нет, объездная — в ужасающем состоянии, и разгоняться на ней больше 20 км/ч опасно. Самый простой способ — доехать по железной дороге.

Вопрос проведения дороги пока обсуждается с правительством Петербурга. Достигнута договоренность, что подъезд построят в рамках адресных программ комитета по развитию транспортной инфраструктуры (КРТИ). До 2015 года реконструируют подъездные пути с северного направления с обеспечением подъезда к изолятору.

Подъезд со стороны железной дороги уже проектируется.

Вместе с «Крестами-2» начали развивать и транспортную инфраструктуру Колпино. Однако самые крупные контракты на строительство улиц в округе изолятора пока не разыграны. Их отменяют и переносят из-за жалоб на конкурсную документацию, которые поступают в УФАС.

Недавно отменили конкурс на реконструкцию Оборонной улицы. Несколько раз отменяли конкурс на строительство Финляндской улицы, но сейчас он пока благополучно продолжается.

Организацией дорожной инфраструктуры вокруг Колпино занимается комитет по развитию транспортной инфраструктуры (КРТИ). Там отмечают, что деньги, которые в этом году собирались освоить на Оборонной улице, перекинут на другие объекты.

В то же время в комитете отмечают, что план развития дорог в районе Колпино уже готов. «Кроме продления Оборонной улицы запланировано продолжения Октябрьской улицы в административных границах Петербурга и продолжения дороги на Металлострой до Загородной улицы.

Также в планах реконструкция дороги на Металлострой на участке от Софийской улицы до улицы 3-й Пятилетки и Колпинского шоссе на участках от автодороги „Россия“ (М-10) до Софийской ул. и от „России“ до Промышленной улицы.

Сейчас ведется строительство второго этапа автомобильной дороги от пересечения с Софийской улицей до путепровода через железндорожные пути», — уточняют в комитете.

Источник: https://sdelanounas.ru/blogs/53913/

Вторые Кресты: RT побывал в новом и самом большом изоляторе в России

Новая тюрьма кресты

RT первым из федеральных СМИ побывал в новом изоляторе Кресты-2 в Колпине под Петербургом. Именно туда накануне Нового года переехали арестанты и сотрудники знаменитых питерских Крестов.

Корреспонденты RT оценили «европейские» условия содержания заключённых и узнали у них самих, что они думают о новом помещении. Судьба старых Крестов пока под вопросом: вероятно, часть изолятора превратят в музей, а в другую переберутся работники петербургского ФСИН.

Как заключённые гуляют по крышам и что думают о новых соседях жители Колпина — в репортаже RT.

RT побывал в изоляторе Кресты-2 в Колпине, куда перед Новым годом переехали заключённые и персонал легендарного петербургского СИЗО Кресты. Новое здание изолятора, по заявлениям ФСИН, стало самым большим в России и Европе, а также самым комфортабельным — на каждого заключённого приходится по 7 кв. метров жилой площади.

  • Кресты — новые и старые: корреспондент RT провёл день в крупнейшем изоляторе России

Безмолвные Кресты

Вековые ели на входе в изолятор Кресты — первое, что десятилетиями видели арестанты, которых привозили во внутренний двор.

 В этом комплексе старинных зданий из красного, выщербленного временем кирпича более ста лет содержались арестанты и работали сотрудники ФСИН. Сейчас тут пусто, остался лишь старый комендант — один из тех, кто раньше руководил изолятором.

Он проработал в Крестах всю жизнь и не хочет расставаться с ними после переезда. Иногда во внутреннем дворе появляются сотрудники ФСИН — они вывозят оставшиеся вещи. 

А ещё над Крестами привычно кружат птицы.

«Голуби прилетают и сидят под окнами, а кормить некому», — говорит проводник RT, подполковник ФСИН.

Кресты действительно опустели достаточно быстро: заключённых перевезли в Колпино всего за неделю.

Несмотря на то что у арестантов было время на сборы, камеры выглядят, словно каюты брошенного корабля: незастеленные постели, зубные щётки и бритвы у раковины, самодельная шахматная доска на столике, недочитанные книги «Твин Пикс» и «Сицилиец» Марио Пьюзо. В камерах пахнет потом и табачным дымом, запах будто впитался в стены.

Этот изолятор больше никогда не примет заключённых. Сейчас чиновники обсуждают, как можно использовать здание, — нужно принять во внимание, что оно является памятником культуры. ФСИН предлагает перевезти туда административный персонал, а также расширить тюремный музей и открыть его для посетителей.

Уже сейчас там собраны интересные экспонаты: специальный шлем для перевозки арестантов, который был на задержанном бойце без правил Вячеславе Дацике по кличке Рыжий Тарзан, когда европейские силовики передали его российским властям, а также пальто Пчёлы из сериала «Бригада». 

Как рассказывают сотрудники изолятора, пальто выкупил на аукционе и подарил Крестам бывший арестант: «Сказал, раз сам Пчёла в сериале в Крестах не посидел, то пусть его пальто хоть здесь будет».

Неповторимый Лёнька Пантелеев

При строительстве Крестов-2 в Колпине особое внимание уделялось тому, чтобы сохранить привычный уровень безопасности. Ведь старые Кресты известны не только архитектурой и солидным возрастом в 125 лет, но и тем, что за всё это время был совершён лишь один удачный побег. В 1922 году при помощи сообщников из Крестов сбежал известный петроградский налётчик Лёнька Пантелеев.

Ещё несколько человек пытались повторить его успех, но, даже очутившись на свободе, вскоре снова оказывались в Крестах. В 1984 году двое арестантов выскользнули наружу с помощью поддельных служебных удостоверений сотрудников милиции, сделанных из газетных вырезок и цветных ниток из расплетённых носков. На следующий день один вернулся сам, а второй был задержан.

В 1991 году бандит Сергей Мадуев по кличке Червонец, которому грозил расстрел, соблазнил следователя Наталью Воронцову и уговорил её принести револьвер, из которого он ранил майора охраны и попытался сбежать, но был задержан.

Мадуева так и не расстреляли, заменив наказание на пожизненный срок.

Последняя попытка побега произошла в 1992 году, когда покинуть стены изолятора попытались сразу семь заключённых. Они взяли в заложники двух сотрудников СИЗО, однако были обезврежены. В результате погибли трое арестантов и сотрудник Крестов.

Телевизоров больше, чем людей

Сотрудники Крестов-2 пока не сталкивались с ЧП, но новый изолятор кажется гораздо более надёжным, чем прежний. Здание СИЗО видно издалека, ещё на подъезде к Колпину.

Изолятор занимает территорию площадью в 28 гектаров и напоминает небольшой город с жилыми корпусами, больницей, пожарной частью, мастерскими и складами.

В центре — два здания в форме крестов высотой в восемь этажей с прогулочными двориками на крышах.

По лестницам в новом здании постоянно поднимаются и спускаются люди — сотрудники изолятора и осуждённые, согласившиеся работать в отряде хозобслуживания. У них в руках вёдра, швабры, малярные валики: здание уже введено в эксплуатацию, но в некоторых помещениях до сих пор ведутся работы.

«Лифт пока не работает, так что за день приходится подниматься и спускаться по 7-8 раз», — ворчат сотрудники. Но тут же поспешно уточняют, что всё к лучшему: поддерживают форму.

На каждом этаже, где крестом сходятся коридоры, ведущие из разных крыльев здания, находится контрольный пункт. В «стакане» за стеклом перед десятком мониторов сидят девушки-сотрудницы, которые наблюдают за обстановкой в камерах и коридорах изолятора.

Экранов хватает и без мониторов видеонаблюдения: повсюду стоят телевизоры разных марок и размеров. Большая часть из них окажется в камерах у заключённых.

Сидеть по-европейски

Во время обеда по коридорам толкает тележку с едой заключённый из хозосблуги. Борщ и картошка с мясом отправляются в «кормушку» — небольшое окно в двери камеры. Впрочем, в отличие от здания старых Крестов, здесь слово «камера» для помещения не подходит: это большая и светлая комната — куда просторнее, чем номера большинства хостелов. 

ФСИН не раз заявляла, что заключённые получат по 7 кв. метров жилой площади каждый, что соответствует европейским нормам (российская норма — 4 кв. метра). Однако пока это непривычный простор.

В помещении четыре кровати, окна во всю стену, деревянный пол, стол, шкаф для продуктов и умывальник. Всё новенькое, свежая побелка, на полу до сих пор следы краски.

У арестантов есть полноценная туалетная комната — раньше унитаз был просто отгорожен стенками. По сути, это единственное место, где заключённый может укрыться от глаз сокамерников и надзирателей.

Однако надолго там запереться не позволят дежурные, наблюдающие за мониторами.

Также по теме

«Здесь мало кто считает, что поступил правильно»: RT побывал в самой большой колонии для пожизненно осуждённых

Две тысячи преступников в России приговорены к пожизненному заключению и отбывают наказание в тюрьмах. Двести из них уже отсидели…

В камере не просто тепло, а жарко и душно. Проветрить помещение непросто, так как окна не открываются, можно лишь слегка приоткрыть форточку. Но жалуются заключённые не на это. Один из арестантов лежит на кровати и пытается разгадывать кроссворды: журнал уже весь исчеркан ручкой.

«Начальник, нам всё очень нравится, но можно всё-таки телевизор в камеру, этот не работает», — кивает он на стоящий в углу старый «ящик». Двое сокамерников его поддерживают, а ещё одна койка пустует: человека увезли на следственные действия.

В другой камере тоже трое арестантов. Двое из них — мускулистые, накаченные мужчины. Один здесь по подозрению в вымогательстве, другой — в убийстве. Подозреваемый в тяжком преступлении шутит, что в камере скучно и за каждым движением следят. «Разве так можно?» — спрашивает он и подмигивает.

«Заключённые делают парашютики из пакетов»

Скука и тотальный контроль со стороны администрации действительно стали главными врагами арестантов.

В старом здании Крестов заключённые десятилетиями налаживали коммуникацию: обменивались записками, перебрасывали верёвочки из окна в окно, перестукивались и плевали скатанными в шарики сообщениями на бумаге с помощью скрученных из газет трубок.

С переездом всё налаженное общение прекратилось — во многом потому, что новое здание Крестов куда меньше подходит для неформальных контактов между заключёнными, многие способы здесь не работают.

«К примеру, общаться через окна куда сложнее, потому что они не открываются целиком, есть только форточки, — рассказывает глава оперативного отдела изолятора Никита Ильин. — И в целом нарушать режим сложнее, потому что есть видеонаблюдение».

По словам Ильина, сейчас в каком-то смысле коллективный «преступный гений» соревнуется в изобретательности с руководством СИЗО, пытаясь придумать новые способы коммуникации между камерами.

«Из последнего: заключённые вырезают квадрат из пакета, привязывают к углам хлебный мякиш для утяжеления, получается что-то вроде парашютика, — рассказывает Ильин. — Потом они делают крючок из бритвенного лезвия, привязывают на что-то длинное, чтобы просунуть в форточку, и ждут подходящего ветра».

Из доступных и легальных развлечений остаются прогулки — как на специально отведённых пятачках во внутреннем дворе, так и на крышах корпусов. Правда, полюбоваться видом с крыши не удастся: фактически прогулка проходит в таких же камерах, только пустых (из обстановки лишь скамейка) и расположенных под открытым небом.

Тихие соседи

Также по теме

Детство за колючей проволокой: фонд «Дорога Жизни» посетил дом малютки в челябинской колонии

Специалисты фонда «Дорога Жизни» и ДГКБ №9 им. Сперанского посетили крупнейший в России дом малютки при исправительной колонии. Врачи…

В этом году изолятор Кресты-2 должен полностью начать работать в штатном режиме. Откроются мастерские, в корпуса приедут новые заключённые, а местные власти найдут способ решить появившиеся проблемы. В частности, чиновникам уже пришлось проложить отдельный автобусный маршрут для тысяч посетителей, которые приезжают навестить заключённых.

Теперь госслужащие готовятся к выборам, в которых примут участие арестанты (до решения суда они не ограничены в правах), и занимаются миграционным оформлением приезжих, которых много среди заключённых.

Для кого открытие нового здания СИЗО действительно стало шоком, так это для местных жителей. В администрации шутят, что квартиры в колпинских новостройках продавали под рекламным слоганом «Тихие соседи». В результате соседи и впрямь оказались тихими: с одной стороны района кладбище, с другой — Кресты-2. Однако поделать ни с тем, ни с другим местные жители ничего не могут.

Источник: https://russian.rt.com/russia/article/468751-kresty-tyurma-peterburg-rt

Абонент недоступен. Почему арестанты

Новая тюрьма кресты

Арестанты нового современного питерского СИЗО “Кресты-2” в районе Колпино продолжают жаловаться правозащитникам на не открывающиеся до конца окна, духоту и холод в камерах. Впрочем, дело может быть совсем в другом. Источники Лайфа в правоохранительных органах рассказали о возможной подоплёке жалоб арестантов, которая никак не связана с бытовыми условиями в новом СИЗО.

Оперативники говорят, что, переехав в современную тюрьму, арестанты быстро поняли, что они попали в полную изоляцию: тут не удастся наладить привычную для старых “Крестов” нелегальную систему взаимодействия и общения между камерами.

По оперативным данным, лидеры криминального мира решили раскачивать ситуацию вокруг СИЗО, делая упор на бытовые недочёты, чтобы опять вернуть в тюрьму нелегальную коммуникацию.

В Санкт-Петербурге продолжается переезд арестантов из старой тюрьмы “Кресты” на Арсенальной набережной в новый современный СИЗО “Кресты-2” в районе Колпино. Новая тюрьма отвечает всем требованиям безопасности и мировым стандартам.

В ней просторные и хорошо освещённые камеры с системами видеонаблюдения, здесь нет привычных вышек и собак — всё это заменили на современные электронные системы безопасности. В новом СИЗО корпуса построены в виде креста, из-за чего тюрьма и получила своё название.

Этот принцип применяется во многих тюрьмах мира ради безопасности: коридоры и окна изолятора просматриваются со всех сторон. Сам изолятор рассчитан на 4 тысячи мест.

Камера нового СИЗО “Кресты-2”. Фото © L!FE

Однако арестанты новое СИЗО не оценили. По крайней мере, их родственники продолжают заваливать жалобами правозащитников на условия содержания их близких.

В частности, арестанты жалуются на то, что окна в камерах хоть и открываются, но щель очень маленькая и от этого якобы очень душно.

Они также жалуются на холод — мол, батареи закрыты защитными экранами, поэтому тепло не циркулирует по камере.

Правозащитники действительно подтвердили жалобы арестантов, посетив новое СИЗО.

Они выяснили, что в больших окнах камер можно открыть только узкую вертикальную форточку, но и она может быть только приоткрыта, так как сверху установлен ограничитель, не позволяющий открыть форточку шире.

В большинстве посещённых ими камер отсутствуют ручки от форточек, поэтому арестанты лишены возможности закрывать и открывать их по своему усмотрению. Для этого каждый раз надо просить у персонала ручку.

Однако у следователей и оперативников на этот счёт есть иное мнение. Они говорят, что истинной причиной жалоб арестантов стали не бытовые условия, а именно современная система безопасности СИЗО. При проектировании и запуске новой тюрьмы были учтены все слабые места старых СИЗО, позволявших арестантам строить собственную систему коммуникации за решёткой.

Старые “Кресты”. Фото © L!FE

— В каждом российском СИЗО построена система нелегального общения между камерами, через которую связываются подельники по уголовным делам, лидеры криминального мира передают важные сообщения, идёт пересылка мобильных телефонов, алкоголя, наркотиков и других запрещённых предметов, — рассказал один из оперативников.

По его словам, арестанты используют разные варианты. Например, они строят на внешней стороне тюрьмы систему “дорог” — самодельные нити, натянутые по стене от окна одной камеры к другой.

Ради нитей арестанты обычно распускают носки или свитера. “Дороги” связывают не только соседние камеры, но даже корпуса. По ним движутся посылки и важные в жизни тюрьмы сообщения — “малявы”.

Подельники, разведённые по разным камерам, так договариваются друг с другом о показаниях.

Старые “Кресты”. Фото © L!FE

Другим распространённым в СИЗО способом общения остаются “кабуры” — это дыры в полу, стенах и потолке камер, которые арестанты бурят подручными предметами. Через эти дырки они связываются с соседними камерами и передают сообщения.

Камера в старых “Крестах”. Фото © L!FE

По словам оперативника, менее распространённый способ коммуникации — через металлическую кружку, которую называют “тромбон”. Кружку прислоняют к стене или батареям отопления, после чего общаются с соседними камерами.

“Дороги” — это обязательство каждой камеры. Если арестанты не смогли создать “дороги” и подключиться к другим, это вызывает подозрение у всей тюрьмы, в том числе и у так называемых смотрящих за СИЗО от криминального мира.

Если арестанта из этой камеры переведут в другую, с него там обязательно спросят, почему камера не подключилась к “дорогам” и что для этого было сделано.

Именно поэтому арестанты в первую очередь озабочены в СИЗО построением системы нелегальной коммуникации.

Об этом знает и персонал тюрем, который постоянно борется с “дорогами” и другими способами нелегального общения. Всё это было учтено и при строительстве “Крестов-2”.

Строительство “дорог” и размер нелегальных посылок напрямую зависит от пропускной способности решёток и размеров отверстий в них. Вот с этим у арестантов “Крестов-2” и возникли серьёзные проблемы.

Окна в камерах открываются только наверх, а размер щели даёт доступ воздуху, но не позволяет вытянуть руку, чтобы закинуть или поймать конец “дороги”. Так у арестантов и родились жалобы на не открывающиеся до конца окна.

— Чтобы проложить “дорогу”, нужно вынуть руку хотя бы по локоть. В новой тюрьме это невозможно, — пояснил оперативник.

Что касается “тромбона”, то в “Крестах-2” его использование невозможно из-за того, что батареи отопления закрыты декоративными решётками. Через них нельзя приложить кружку к батарее.

— В старой тюрьме были технологические отверстия для батарей в стенах, которые раньше можно было расковыривать, создав связь с соседними камерами. Теперь доступа туда нет. Когда сидельцы это поняли, они стали жаловаться на холод и просить администрацию тюрьмы снять декоративные решётки, — рассказывает оперативник.

Новое СИЗО “Кресты-2”. Фото © РИА Новости/Владимир Акимов

Не задалось у арестантов “Крестов-2” и с “кабурами” — стены новой тюрьмы сделаны из крепкого бетона и их практически невозможно бурить самодельными инструментами.

Кроме того, в “Крестах-2” стоит самая современная система глушилок мобильной связи, поэтому арестанты лишились ещё одного важнейшего канала связи между собой и волей. Передавать мобильник в СИЗО теперь не имеет смысла.

В каждой камере есть система видеонаблюдения, поэтому инспекторы СИЗО в круглосуточном режиме видят, что происходит внутри. Так арестанты “Крестов-2” оказались не только в самой современной тюрьме, но и в полной изоляции.

Источник: https://life.ru/p/1083982

«Новые Кресты»: раздувание сметы, воровство, убийство офицера и сенсация от суда

Новая тюрьма кресты

Недавно петербургский суд сенсационно оправдал бывшего куратора стройки следственного изолятора «Новые Кресты», бывшего полковника внутренней службы Сергея Мойсеенко в заказе на убийства своего подчиненного, который слишком много знал про коррупцию при возведении СИЗО.

Евгений Колесников, Санкт-Петербург

Так получилось, что новый следственный изолятор, самый большой в Европе, который должен был заменить и заменил знаменитые питерские «Кресты», строился в одно время с пресловутым футбольным стадионом на Крестовском острове Санкт-Петербурга. А потому остался в тени этого невиданного коррупционного долгостроя.

Однако «Новые Кресты», как, простите за тавтологию, окрестили новую тюрьму, обросли не только славой вороватой «стройки века», но и в прямом смысле гиблого места. В 2017 году был расстрелян киллером подполковник Николай Чернов, который вроде как хотел рассказать общественности о коррупции на объекте, но не успел.

Сейчас его предполагаемый заказчик неожиданно оправдан судом. Следствие и оперсостав, ведшие дело – в бешенстве.

Смета выросла почти в пять раз

Давайте ненадолго погрузимся в современную историю с пенитенциарным уклоном. «Кресты», построенные еще в 19 веке, давно хотели заменить современным изолятором. Еще с поздних советских времен. Но – то денег не было, то 90-е стояли на дворе.

И вот в 2007 году стройка «Крестов-2», как неформально назвали объект, началась в природе Петербурга Колпине. Смета же составила сначала 4,3 млрд федеральных рублей. Сумма большая, конечно, но не для пафосного строительства в России.

Она росла все годы возведения СИЗО и в финале составила почти 14 «ярдов». Сроки же сдачи переносились, начиная с 2009 года. Наконец, тюрьма была сдана в декабре 2017 года, ровно в то же время, кстати, что и стадион на Крестовском острове.

Сейчас она вполне себе действует, по самым свежим данным в изоляторе содержится 4004 следственно-арестованного спецконтингента.

Конечно, за эти годы подозрения в коррупции не миновали строителей (подрядчика и субподрядчиков) и тюремное ведомство (заказчик в лице ФГУП «Управление строительства по СЗФО ФСИН»).

Так, в 2015 году аудиторы самой ФСИН России выявили нарушений при строительстве изолятора на общую сумму в 425 млн рублей. Правда, виновные в этой прорехе названы не были.

Просто были деньги, да сплыли в неизвестном направлении.

СИЗО УФСИН по СПб и ЛО №1 рассчитан на 4 тысячи постояльцев. При этом в новой тюрьме на каждого следственно-арестованного приходится 7 квадратных метров, как в развитой Европе.

Для сравнения в российском детском саду на ребенка приходится всего 2 квадратных метра. При этом изолятор раскинулся на площади в 35 га, по этому показателю он крупнейший в Старом свете.

Старые «Кресты» занимают площадь около 4 га.

Как и в случае со стадионом на Крестовском острове, «Кресты-2» оказались, помимо других проблем, заложниками спора строительных организаций. Так, в январе 2016 года генподрядчик строительства «Генеральная строительная компания» («ГСК») и субподрядчик компания «Петроинвест» обменялись исками … о банкротстве.

То есть, «ГСК» и «Петроинвест» посчитали банкротами друг друга, другими словами – финансово несостоятельными. Стройка в связи с этим по факту оказалась замороженной.

В итоге руководители подрядных организаций оказались в изоляции – глава «Петроинвеста» Хамхоков на нарах, а глава «ГСК» Кудрин под домашним арестом после непродолжительного пребывания в изоляторе ФСБ. Их судьбу еще предстоит решить суду.

По некоторым позициям «Новые Кресты», а форма тюрьмы выполнена в форме крестов, изолятор для тюремной России уникальный. К примеру, это первый опыт в нашей пенитенциарной системе, когда здание поднимается выше 4 этажей (до 8-ми).

Обычно это не практикуется в связи с жесткими требованиями к обеспечению пожарной безопасности. Однако для «Крестов-2» был разработан индивидуальный техрегламент.

Он предполагает оборудование в общей сложности 16 лифтов на всей территории изолятора с возможностью разделения и изоляции спецконтингента.

Два резких человека из двух разных кланов

Все было бы похоже на очередной коррупционный долгострой, когда хозяйствующие субъекты воруют у всех и друг друга, если бы не пролилась кровь.

2 марта 2017 года в Петербурге поначалу неизвестные расстреляли автомобиль, в котором находился подполковник УФСИН по Петербургу и Ленобласти 34-летний Николай Чернов, курирующий вопросы, связанные со строительством СИЗО. Точнее, курировавший.

Чернов не выжил, несмотря на многочисленные операции в Военно-медицинской академии. Громким делом занялись местные Следком и ФСБ. Они оперативно задержали исполнителя – 63-летнего Сабира Садыкова (у него был помощник), который, видимо, тут же указал заказчика.

Ведь почти сразу, буквально через несколько часов, сотрудники ФСБ арестовали полковника УФСИН по СПб и ЛО Сергея Мойсеенко. Именно он и Чернов отвечали в питерском главке за строительство нового следственного изолятора. Владели всей документацией.

Как намекнули нашему корреспонденту в Следственном управлении СК по Ленобласти, подполковник отказывался подписывать акты приема некоторых работ, а также вел диктофонные записи всех рабочих планерок по объекту. Слишком много знал? Наш источник в УФСИН по СПб и ЛО рассказывает:

– Чернов был человек довольно резкий. Мойсеенко тоже. Им же приходилось работать в связке, и конфликты были почти неизбежны. Кроме того, они были из разных «кланов».

Чернов из «воронежских» (это относительно новые сотрудники УФСИН по главе с начальником главка Игорем Потапенко, переведенные в Петербург из Воронежа), а Мойсеенко еще из «калининградских» (работали до команды Потапенко во главе с Владимиром Маленчуком).

На этой почве точно были трения, ведь не секрет, что в тюремном ведомстве всегда есть финансовые потоки, которые соблазнительно контролировать. «Воронежские» давно хотели избавиться от Мойсеенко и сами контролировать стройку новых «Крестов». Дело выгодное, чего уж там.

Но у того якобы оказались высокие покровители в Москве, в том числе, пару лет назад осужденный за коррупцию бывший глава ФСИН России Александр Реймер.

Иосиф Габуния, петербургский адвокат, почетный юрист РФ: – Самый главный криминал в российской пенитенциарной системе сейчас связан не с насилием в отношении спецконтингента, а именно в распределении финансовых потоков между хозяйствующими субъектами, связанным с ФСИН.

Разнообразные ремонты, модернизации зданий обрастают толстым слоем коррупции, тем более, проверяющим органам в таких делах очень сложно докопаться до сути. Что уж говорить о таких «стройках века», как возведение «Новых Крестов».

Ясно, что в данном случае присутствовали все классические для России схемы: раздувание общей сметы; откаты, в которых были задействованы не только петербургские тюремные чиновники, но и столичные, так как деньги федеральные; покупка материалов у «своих людей», то есть, фирм и компаний.

Но еще произошло убийство высокопоставленного сотрудника ФСИН – оно и подчеркивает, насколько большие средства крутились на этой стройке.

Сергей Егоров, бывший сотрудник ФСИН России: – В нашей среде Мойсеенко прославился как большой фанат дорогой обуви, такой, от 70 тысяч рублей. Была и крокодиловая. Так носишь форму, никаких понтов не кинуть, кроме часов. Но обувь можно свою, если не строгая, не кроссовки там. Вот туфлями и мерялись определенные сотрудники. Мойсеенко был в топе.

Ниточки воровства предсказуемо привели в Москву

Подозреваемый в убийстве своего подчиненного Н. Чернова С. Мойсеенко, по версии следствия, поставил условие Хамхокову о передаче «классических» для «отката» 10 процентов от каждого перечисления денег на счет «Петроинвеста».

В обмен полковник вроде как обещал подписывать справки по форме КС-2 (акт выполненных работ, в котором указано, какие виды работ выполнены за отчетный период) и КС-3 (расчетный бухгалтерский документ – справка о стоимости выполненных работ и затрат). Хамхоков якобы согласился и до августа 2015 года исправно платил.

Деньги, по версии Следкома, передавались через нынешнего директора «ГСК» Игоря Ткаченко (в то время он возглавлял службу безопасности компании) и собственно Кудрина. Из потенциально коррупционного треугольника – Мойсеенко-Кудрин-Хамхоков последний оказался на нарах позже всех.

Правда, Кудрина, подозреваемого в хищении в совокупности 100 млн рублей, быстро перевели под домашний арест и в деле главы «Петростроя» он является только свидетелем. Есть инсайды от следствия, что Кудрин вообще много чего интересного наговорил, пока некоторое время находился в изоляторе УФСБ на Шпалерной улице. Там вообще хорошо болтается.

Коррупционная ниточка может привести в Москву, говорили автору люди в солидных погонах. И привела. В августе 2017 года на стол премьер-министра Дмитрия Медведева легло обращение директора ФСИН России Геннадия Корниенко с просьбой уволить его заместителя Олега Коршунова.

Мотивировочная часть просьбы занимает 8 страниц, но главное, конечно, недоработки Олега Адольфовича по ситуации с «Новыми Крестами», так как именно этот чиновник курировал «тюремное» капстроительство по всей стране. Не исключено, что к Коршунову могут быть приняты и более жесткие меры в ближайшее время.

Во всяком случае, он точно находится в разработке компетентных служб, как с удовольствием намекнули уже в федеральном Следкоме.

Проект возведения «Новых Крестов» проходил в рамках федеральной программы по выводу из черты крупных российских городов 70 следственных изоляторов, которые перестали на современном этапе отвечать своим требованиям. Впереди, если деньги будут, суперстройки в Подмосковье, Ростове-на-Дону, Иркутске. Будем надеяться, что они не повлекут за собой автоматом привычные коррупционные схемы.

… Между тем, 15 июня 2019 года петербургский суд полностью оправдал Сергея Мойсеенко в заказе на убийство подполковника Николая Чернова. Настоящая сенсация! Много ли у нас в стране оправдательных приговоров? А если за делом стоит ФСБ? То-то.

Бывший полковник даже успел выйти на свободу, но тут же был задержан чекистами, а потом арестован судом в связи с новыми обвинениями в получении взятки.

Теперь, по версии следствия, глава ООО «Петроинвест» Руслан Хамхоков давал взятку Сергею Мойсеенко уже в размере 250 миллионов рублей. Шоу маст го он.

Антон К., оперативный сотрудник одной из силовых структур по СПб и ЛО: – Не скрою, что оправдание Мойсеенко судом в заказе на убийство Чернова стало для нас полной неожиданностью. Такого решения мы ожидали меньше всего.

Ведь киллер дал показания на Мойсеенко, очень подробные, детальные. Что еще надо для вынесения вердикта? Решение суда, конечно, уже обжаловано.

Что касается новых обвинений в адрес Мойсеенко, которые касаются взяток, то у следствия всегда есть в загашнике дополнительные материалы на случай, если суд проявляет чрезмерную гуманность к подсудимому.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter

Источник: https://newizv.ru/news/society/21-07-2019/novye-kresty-razduvanie-smety-vorovstvo-ubiystvo-ofitsera-i-sensatsiya-ot-suda

«Элитный острог» в Дании и «Кресты-2» в Петербурге. Почему тюрьма не должна превращаться в курорт?

Новая тюрьма кресты

«Самая гуманная» из всех тюрем распахнула свои двери в Дании, рядом с городом Гундслев. На строительство нового пенитенциарного учреждения потратили 160 миллионов долларов. В результате оно скорее напоминает курорт в стиле хай-тек.

В Петербурге тоже открылся «казённый дом» — следственный изолятор «Кресты-2», построенный с учётом всех современных технологий. Но получились два учреждения очень разными. И не спешите с ложными выводами, а-ля «что на Западе, то и лучше».

«Лучше» — понятие относительное — смотря для кого.

В каждой четырёхметровой камере тюрьмы Сторстрём, рассчитанной на 250 посадочных мест, есть холодильник, 22-дюймовый телевизор, шкаф, большое окно и личная душевая кабинка. Свободное время заключенные могут проводить в саду, на спортивной площадке или в церкви.

Также за каждым “постояльцем” закреплено место на общей кухне, чтобы самостоятельно готовить себе паек. Большинство заключенных отбывают наказание за насилие.

 По словам одного из создателей тюрьмы, дизайнера Мадса Мандрупа, благоприятные условия послужат, мол, снижению числа рецидивистов.  

«Мы действительно верим, и, очевидно, статистика на нашей стороне, что жесткая и менее адаптированная среда толкает людей на повторные правонарушения».

По статистике, в Дании довольно низкий уровень повторных правонарушений. Всего – 27% против 43% – в США. Издание Inhabitat подчеркивает, что наивно было бы полагать, что лишь одна архитектура перевоспитает преступников. Тюрьма полностью изолирована – находится на острове и окружена шестиметровой стеной, чтобы предотвратить возможные побеги. 

Не все спокойно у соседей Датского королевства

Совсем недалеко, в Норвегии, 22 июля 2011 года Андерс Беринг Брейвик устроил кровавую бойню. Теракт он организовал и провёл в два этапа.

Сначала подорвал в правительственном квартале столицы грузовик со взрывчаткой, а потом отправился расстреливать посетителей слёта норвежской молодежи на острове Утёйа. Всего террорист убил 77 человек и ранил 319.

Вот уже пять с половиной лет Брейвик находится в заключении, но его имя вновь и вновь всплывает в прессе. Преступник считает, что с ним обходятся не подобающим образом. 

Брейвик содержится в исправительному учреждении Ила, в коммуне Берум. В его распоряжении трехкомнатная камера с отдельным туалетом и душем, телевизор, литература, оффлайн-версия «Википедии», личный компьютер и игровая приставка. При этом, условия своего содержания 38-летний норвежец считает “бесчеловечными и унизительными”. 

Осужденный не раз жаловался на остывший кофе и еду, подогретую в микроволновке. На то, что его содержание, ну, никак не дотянет до сотни евро в неделю, а начальник тюрьмы не спешит заменять его PlayStation 2 на новую версию приставки. И каждый раз администрация исправительного учреждения шла у террориста на поводу.

«Вор должен сидеть в тюрьме», а не на курорте

Вот простой и яркий пример этой максимы. Босс чикагской мафии Аль Капоне провел остаток своих дней в двух не самых удобных камерах. Но всё же они друг от друга здорово отличались. После ареста в 1931 году гангстера итальянского происхождения поместили сначала в Восточную государственную исправительно-трудовую колонию.

 Все еще грозному бандиту доставили бархатное пуховое одеяло, красивый стул и дорогое радио. По разрешению начальника учреждения, камеру “высокопоставленного авторитета” даже украсили картинами.  И всё это время, организация Аль Капоне продолжала существовать и довольно эффективно действовать.

Вся необходимая информация каким-то таинственным образом просачивалась сквозь тюремные стены, будто “человек со шрамом” и не за решёткой вовсе.

Но хватка Аль Капоне дала слабину после перевода в 1934 году в Алькатрас. Проживание в камере с минимальными удобствами, а также принудительные работы по уборке помещений тюрьмы, не способствовали продолжению руководящей работы в криминальном мире. “Скала”, как прозвали самую надёжную тюрьму США, сделала своё дело – “профсоюз дядюшки Альфонсе” приказал долго жить.

Когда мафиози сам себе тюремщик

Ещё более вопиющая история попустительства произошла в Колумбии. Её главный герой – Пабло Эскобар, глава Медельинского картеля и самый разыскиваемый наркоторговец в 80-е годы в США.

Чтобы не садиться в государственную тюрьму, он построил для себя целый “пенитенциарный комплекс” с бассейном, футбольным клубом и джакузи. Тюрьма называлась “Ла катедраль”. И была одним из самых охраняемых мест в Колумбии.

Только за порядком следили не полицейские, а люди Пабло.

Спустя год власти узнали, что в тюрьме Эскобар не только руководил преступным бизнесом, но еще и пытал неугодных ему людей. Терпение правоохранителей лопнуло.

К “Бастилии” были направлены войска, которым пришлось штурмом брать настоящую крепость с главным заключённым страны внутри.

И, кстати, ничего у них не получилось – наркобарон легко ушел от силовиков по заранее подготовленной его строителями системе тоннелей.

«Там все то же, что у нас»

Образ зарубежной тюрьмы, как “курорта”, на котором всё бесплатно и всё “в кайф” настолько сильно сформировался в головах россиян, что в 1998 году режиссер Алла Сурикова сняла фильм, который так и называется “Хочу в тюрьму”. Про неудачливого конструктора автомобилей, случайно ограбившего банк и сбежавшего от отечественного правосудия в Голландию, чтобы отсидеться в зарубежном исправительном учреждении, а не в отечественном.

Но подвох в том, что тюрьма – это не только исправление, но, всё же, ещё и наказание. И, если судить по ситуации с Андерсом Брейвиком, Аль Капоне или Пабло Эскобаром, наказание это должно быть настоящим, а не для виду. Эксперты сходятся во мнении, что “заигрывание” с террористами, убийцами и мафиози до добра не доведёт.

Прогресс не стоит на месте

Впрочем, современные тюрьмы действительно куда комфортнее, чем были раньше. 25 декабря, под Петербургом всех арестантов из СИЗО №1 перевели в новые “Кресты-2”.

Питерский тюремный комплекс расположен на 35 гектарах, длина периметра более двух километров.

Корпусы самого большого в Европе тюремного изолятора рассчитаны на четыре тысячи человек и, пока что, заполнены лишь полторы тысячи койко-мест.

Здесь тоже всё по современной европейской пенитенциарной моде. И просторные двух- и четырехместные камеры площадью 15 и 30 метров, и сервис, и комфорт, и питание, далеко не как в жутких кинематографических зарисовках.  Но всё же, среди прочего, упор сделан на безопасность и охрану контингента.

 Шутка ли, само здание выполнено как гигантская “клетка Фарадея”, чтобы, даже если кому-то и удалось пронести мобильник, то точно не получилось бы им воспользоваться.  В тюремном деле современные технологии должны не только обеспечивать уют, но и охранять тех, от кого общество решило себя оградить.

Источник: https://zen.yandex.ru/media/5-tv.ru/elitnyi-ostrog-v-danii-i-kresty2-v-peterburge-pochemu-tiurma-ne-doljna-prevrascatsia-v-kurort-5a419463ad0f225975a92e51

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.